:

Антон Вольфганг фон Фабер-Кастелл, "Faber Castell": "Теперь мы должны начинать с нуля"

23.03.2012 11:14:00 31 0 На печать
В конце прошлого года компания Faber-Castell совместно с Anadolu Group открыла в России свое 24-ое иностранное представительство

Антон Вольфганг фон Фабер-Кастелл, "Faber Castell"В конце прошлого года компания Faber-Castell совместно с Anadolu Group открыла в России свое 24-ое иностранное представительство. Эта новость является значимой для нашего рынка.

 Сегмент.Ру обратился к Графу фон Фабер-Кастеллу с просьбой рассказать о планах компании Faber Castell в России. Антон Вольфганг фон Фабер-Кастелл, председатель правления и генеральный директор Faber-Castell AG, любезно предоставил нам интервью, данное им газете «Ведомости». Этот материал, с некоторыми правками, мы с удовольствием представляем нашим читателям
.

- Почему  Faber Castell решила выйти на российский рынок в партнёрстве с турецкой Anadolu Group?

- Для меня это было логичным шагом. Я предпочитаю работать с теми партнерами, которых знаю. А с  Anadolu Group мы работаем очень тесно вот уже  на протяжении примерно 50 лет в Турции. Последние 10 лет мы обсуждали наш совместный выход на российский рынок. Он был отложен, но сейчас я рад, что мы с Anadolu Group создали совместное предприятие.

Для нас  большим преимуществом  является их огромный опыт, связанный с дистрибуцией и логистикой в России. Вместе мы действительно добиваемся того, чтобы продвинуть бренд Faber-Castell. Если заглянуть в историю, наш бренд был хорошо известен в России на протяжении 150 лет, но затем, в последние 80 лет он исчез с рынка. Так что мы теперь должны начинать с нуля.

- Тем не менее, все эти годы ваши карандаши были культовыми для российских художников.

- Приятно слышать. Вообще в мире значительное число творческих людей, любящих наши продукты - Карл Лагерфельд, Норман Фостер, другие архитекторы и дизайнеры. Они по-прежнему любят рисовать от руки. Первую идею ведь всегда набрасывают карандашом или ручкой, а не на компьютере - к компьютеру обращаются позже...Но вернёмся к России. Россия - одно из последних белых пятен на  карте мира для Faber Castell. Мы ждали, потому что это непросто - выйти на такой рынок без правильных людей. Без правильной команды можно просто проиграть. Технократы сами по себе не могут двигать бизнес. Для этого вы должны быть увлечены продуктом, и вам нужны творческие люди.

- Изобретение калькулятора в 1970-е практически во мгновение ока лишило вашу компанию  четверти доходов. Теперь, когда мы и вовсе  живём в творческую эру, как на ваш бизнес влияют гаджеты типа  iPad и программные продукты типа Adobe Photosop? На ваш взгляд, могут ли традиционные карандаши и ручки однажды исчезнуть?

- Карандаши никогда не исчезнут полностью, они будут существовать значительно дольше, чем мы можем себе представить.  Но позвольте мне вернуться на 30-40 лет назад. В конце 1970х,  когда я пришёл компанию, я ещё должен был бороться с воздействием резкого снижения бизнеса по производству логарифмических линеек - по сути, этот бизнес полностью исчез в течение двух лет после появления карманного калькулятора. И я пытался двигаться по направлению к новым продуктовым сегментам, в частности, к производству маркеров. И это было вполне успешно (мы выпускаем  широкую гамму этих продуктов).

В начале 1980х мне стало ясно, что программа Computer Added Design (CAD) заберёт ещё часть моего бизнеса. И я сознательно сдвинул нашу стратегию от  технических чертежей к цветным карандашам, понимая, что образование стало мега-трендом  в те годы. Кроме того, мы произвели стратегическую реструктуризацию в начале 1990х.  У меня было серьёзное маркетинговое исследование Boston Consulting Group - для того, чтобы убедиться, что мы заходим  в перспективные сегменты бизнеса. И мы сделали это. Примерно 12 лет назад возникли новые вызовы в области письма, рисования и дизайна. Прежде всего, это был взлёт дот-комов (правда, взлёт оказался не настоящим).  Тогда меня часто спрашивали: "Зачем вы всё ещё выпускаете эти старомодные продукты?" (улыбается) Я отвечал: затем, что я в них верю и считаю этот бизнес интересным. Множество тех дот-комов исчезли.

Сейчас у нас новый тренд с разного рода электронным  гаджетами вроде iPad. Я сам пользуюсь  iPad, это очень удобно. Но, к примеру, если вам хочется что-то быстро записать для памяти, вы сделаете это на кусочке бумаги - потому что у вас всегда есть бумага под рукой.  Безбумажный офис - это иллюзия! Конечно, сегодня люди, работающие в офисах, пишут меньше. Но если вы посмотрите на глобальную картину с образованием, на ситуацию в развивающихся странах, таких, как Индонезия и даже Бразилия (не говоря уже об Индии и Ките) - там всё ещё существует большой спрос на доступные, экологичные и функциональные продукты для начального образования. А для этого нет ничего лучше, чем цветной или чёрный карандаш!  Карандаш не высыхает: положите его в ящик стола, откройте через сотни лет - он пишет по-прежнему. Между прочим, когда русские снаряжали своих  космонавтов в полёт, они не стали изобретать сложных письменных принадлежностей, как американцы - они просто выдали космонавтам карандаши, и это сработало! Так что не стоит недооценивать потребности в базовых продуктах для письма, раскрашивания, творческой деятельности.

Один из [нынешних] мега-трендов - обучение с применением ручных пишущих принадлежностей. Исследования мозга подвердили, что детям необходимо их использовать для развития мелкой моторики. Вы можете писать от руки меньше, но дети-то по-прежнему любят всякие ручные поделки. А  Faber-Castell  производит не только карандаши.  В 1999 году я приобрёл компанию Creativity for Kids.  Мы всё больше движемся в сегмент товаров для детского и взрослого творчества, что делает нас менее зависимым от производства просто карандашей. Ещё один мега-тренд - здоровый образ жизни: у людей становится больше свободного времени и им нравится тратить его на то, чтобы делать всякие полезные вещи. У нас есть "Академия Faber-Castell" с курсами по рисованию, живописи. В США рынок, связанный с хобби и поделками, относительно большой, можно даже сказать, огромный - только на товары для поделок приходится около $25 млрд в год! 

А если посмотреть на численность населения Земли - при условии, что оно продолжит расти, и при условии, что мы позиционируем себя правильно, помогая матерям и учителям обучать детей, - я не буду сомневаться в росте нашей компании.

Прошлый год был самым лучшим для нас за долгое время. 2010 год был под воздействием так называемого финансового кризиса. Но для нас это был очень удачный год в производстве простых карандашей. Когда я начал управлять Faber-Castell, я был очень обеспокоен тем, что чёрные карандаши могут исчезнуть через 20 лет. Сейчас, спустя 35 лет, я значительно меньше обеспокоен этим (улыбается). Возможностей по-прежнему много. Семьи становятся разумнее,  матери склонны покупать более дорогие и более полезные продукты для детей. Возьмём Китай.  Этот рынок - огромная возможность для нас, поскольку в этой стране семьи могут иметь только одного ребёнка. Родители склонны баловать детей и поэтому покупают им всё самое лучшее.

Я думаю, наша задача - в том, чтобы постоянно оптимизировать и улучшать нашу продукцию. Возьмём такую замечательную модель карандаша, как  Grip - мы запустили его в 2000 году [простой карандаш с треугольным сечением и  с гранями, препятствующими скольжению]. Я был плотно вовлечён в создание этой модели. Тогда меня беспокоило, что придётся закрывать наши германские фабрики, если мы не сделаем что-то действительно выдающееся. К счастью, мы оказались способны произвести Grip, и вся эта продуктовая линейка оказалась весьма успешной.  Интересно, что можно совершенствовать даже карандаши и точилки. Хотя точилки и кажутся скучными, они полезны. Я всегда вспоминаю, как говорил Уоррен Баффет: "Будьте осторожны с инвестициями, которые вызывают аплодисменты. Лучшие инвестиции вызывают зевоту". И это, в общем, в какой-то мере справедливо в отношении Faber Castell (улыбается)  - да, наши продукты могут вызвать зевоту. Но мне они интересны.

- Каковы же ваши финасовые результаты за столь успешный год, о котором вы упомянули?

- По сути, наш финансовый год заканчивается 31 марта, так что 2011 год для нас ещё не закончился. За 2010 финансовый год [на 31 марта 2011 г.]наш оборот составил 540 млн евро, рентабельность после налогообложения - 7,5%. В этом году мы прибавим ещё 6-7%.

- Этот оборот включает в себя показатели вашего косметического бизнеса? Какова его доля в ваших продажах?

- Да, косметика сюда входит, но долю её вычленить сложно. Наше косметическое подразделение - это бизнес, работающий под марками продавца, он  разграничен между несколькими фабриками в Германии и Бразилии. Мы производим деревянные косметические карандаши и пластиковые аппликаторы для лака для ногтей, для корректоров лака -  широкая линейка продуктов, вполне успешная.
 
- Как финансовый кризис в целом отразился на вашем бизнесе?

- Для всей группы Faber Castell финансовый кризис 2009 гг. не имел больших последствий.  К счастью, [в отличие от 1997-1998 гг., во время финансового кризиса в Азии] сейчас наш бизнес хорошо  распространён в Европе, Латинской Америке, Азиатско-Тихоокеанском регионе.  Были некоторые опасения, что этот финансовый кризис заденет не столько нас, сколько нашу отрасль.

Хотя на некоторых рынках Южной Европы  нас это действительно затронуло - например, в Испании оборот снизился на 30% по сравнению с предыдущим годом.

С другой стороны, на всех, кто ведёт международную деятельность,  влияют колебания курсов валют. На нас негативно подействовало усиление бразильского реала, так как мы  много экспортируем с бразильских фабрик, а удорожание местной валюты делает произведённую там продукцию менее конкурентоспособной.

- Как вы оцениваете нынешний финансовый кризис в зоне евро? Как он повлияет на будущее единой европейской валюты, на ваш взгляд?

- К сожалению, передо мной на столе сейчас нет хрустального шара, чтобы предсказать будущее (улыбается). Я убеждённый сторонник евро и единого Европейского дома, строительство которого началось в 1950е. Я верю, что это лучшая страховка для того, чтобы избежать войн. Думаю, никто не забыл, что Франция и Германия воевали на протяжении 300 лет. Произошедшие перемены разительны - сейчас между Францией и Германией установилась настоящая дружба. Не думаю, что будет лучше вернуться к итальянской лире, французскому франку, испанскому реалу и т.д.  Для нас это не было бы хорошей новостью. С чем придётся столкнуться, так это с необходимостью потерпеть.

Такой же опыт был и у германской экономики. В 1990е у Германии были серьёзные структурные проблемы. Но господин Шрёдер, наш бывший канцлер, решил некоторые из них, что было очень выгодно для Германии. Это была тяжёлая работа, потребовалось искать консенсус между профсоюзами и государствами [чтобы реализовать программу Шрёдера]. Но это был пошаговый процесс. Так вот, если посмотреть на будущее евро, краткосрочных решений там быть не может. Нам придётся приводить в порядок продуктивность [европейской экономики].

- Раз уж вы упомянули господина Шрёдера, позвольте узнать, как у вас складываются отношения с  его другом Владимиром Путиным? Тот, как известно, любит Германию и германские компании.

- Я знаю, что германское правительство передавало господину Путину одну из наших эксклюзивных ручек... вот, собственно, и всё (улыбается). Мои амбиции не настолько велики, чтобы встречаться с ним лично, достаточно того, что он будет писать нашей ручкой - это было бы  хорошим подтверждением [её качества].

- Будете ли вы открывать фабрики в России?

- Всему своё время. Думаю, первое, что нам нужно сделать - это создать дистрибуцию в России. Это потребует много усилий. На ближайшие три года, я считаю, это приоритет.  Тем не менее, если мы обнаружим какие-то возможности для производства - например, для нашей детской продуктовой линейки, - я думаю, мы, конечно же, изучим эти возможности. Я бы этого не исключал.  Но прямо сейчас таких планов у нас нет. Есть только одна цель - в первую очередь усиливать позиции нашего бренда и собственную дистрибуцию.

- Но вы бы предпочли приобретать что-то уже имеющееся или построить свою фабрику с нуля?

-  В 1991 году мы подумывали о [Московской] карандашной фабрике имени Красина.  Она была основана в 1920х при поддержке Арманда Хаммера, и знаете, тогда её создатели переманивали наших сотрудников из Германии, чтобы её запустить (смеётся). Звучит как анекдот, конечно. Но сейчас, если посмотреть на состояние российской промышленности - по-моему, нет смысла создавать ещё одного производителя карандашей  в России. Для нас было бы лучше сконцентрироваться на дистрибуции той продукции, которая является нашим подлинным ноу-хау и благодаря которой мы действительно можем занять долю рынка.

- А сколько у вас всего фабрик и где они расположены?

- У нас есть два завода в Германии и фабрика маркеров в Австрии. В Латинской Америке у нас есть заводы в Бразилии (и это крупнейшие мощности по производству карандашей  ИМЕЕТСЯ В ВИДУ, В МИРЕ ИЛИ ДЛЯ «ФАБЕР КАСТЕЛЛ»?) . Там же есть ещё один очень интересный  экологический проект по производству качественной древесины для карандашей, который я запустил в  начале 1980х. На юго-западе Бразилии  мы начали  рекультивацию лесов - высадили 10 000 гектаров сосны и получаем оттуда древесину для более 80%  наших деревянных карандашей, производимых  в этой стране.  Далее, у нас есть заводы в Перу, Колумбии и Коста-Рике. В Азиатско-Тихоокеанском регионе у нас есть фабрики в Малайзии, Индии, Индонезии и Китае. И в Турции мы производим карандаши и некоторые продукты для раскрашивания.

 - Кто ваши главные конкуренты?

- Это зависит от продуктового сегмента. В школьных и дошкольных продуктах для раскрашивания на англо-саксонском рынке - Crayola. Среди германских производителей это Staedtler в том, что касается карандашей, и Schwan Stabilo в том, что касается фломастеров и некоторых продуктов для детей. Но если честно, для меня конкуренция не важна. Я уверен, что потребители должны иметь право выбора.  Думаю,  лучше иметь много брендов, а не только один, и при этом быть настоящим брендом №1. Следовательно, самое важное - найти свою целевую группу потребителей. Мы должны отличаться от всех остальных.

- Каков ваш прогноз для глобального рынка вашей продукции? Где главные драйверы для роста?

- Если говорить о Европе, я бы ожидал скромного роста. Уверен, что Скандинавия, к примеру, - это рынок, где мы останемся на вполне стабильных позициях.  Некоторые восточно-европейские рынки продолжать развиваться, Польша будет расти дальше. В Испании и Греции трудности сохранятся в ближайшие три-пять лет. С другой стороны, у нас были очень хорошие результаты в Греции, совсем маленькое снижение в 2011/2012 финансовому году по сравнению to 2010/2011, благодаря  отличной команде продавцов, работающей там -  в нынешних обстоятельствах это было вполне прилично.  Если Турция войдёт в Европейский союз (а я думаю, это должно произойти), она будет одной из стран с большим потенциалом для роста. Даже не знаю, какие ещё страны [Европы] могут конкурировать с Турцией... может быть, Германия, где мы ожидаем ежегодного роста на 5-6% в ближайшие три-пять лет.

Относительно России я очень оптимистично настроен. Равно как и по поводу Азиатско-Тихоокеанского региона: в 2011/2012 финансовом году у нас там снова был реальный 12-процентный рост, и есть вероятность, что это продолжится. Даже в Латинской Америке у нас хороший рост. А мы ведь говорим только о продукции для письма и рисования вручную, не о компьютерах (улыбается).

- Как вы смотрите на российский инвестиционный климат после президентских выборов?  Заметны ли вам какие-либо новые политические риски?

- Я всего лишь читаю германские газеты. В любом случае, есть тесное экономическое сотрудничество между Россией и Германией.  Мы видим позитивный прогноз.  Нравится вам Путин или нет,  но в стране всё ещё виден рост стабильности, это же факт. Да, очевидно, что вам надо бы иметь больше пространства для оппозиции.  Моё личное мнение (я не говорю здесь о личных симпатиях) - в том, что Путин определённо внёс вклад в развитие России. Но так это видится из Германии, внутренней ситуации я не знаю. А у вас какое мнение? (улыбается) 

- Ну,  вряд ли моё мнение может представлять интерес в контексте нашего интервью. Лучше вы расскажите,  как создать карандашную компанию, которая успешно выживает на протяжении уже 250 лет.

- Важно иметь правильных людей, решающее значение имеет хороший менеджмент.  А если речь идёт о семейной компании, вдобавок к этому важно иметь правильных представителей семьи [в бизнесе] - таких, которые контролируют семейные интересы и достаточно умны, чтобы понимать, что правильно для компании.  Это  пункт первый. Пункт второй: нужно иметь драйв для того, чтобы делать обычные вещи необычным образом. Как я уже говорил, цитируя Уоррена Баффета, наш бизнес не производит ничего зрелищного.    Просто ищите возможности, принимайте вызов и пытайтесь совершенствоваться. 

И, конечно, нужна толика удачи. Я всегда говорю: если бы [германская] фабрика Faber-Castell была расположена всего на 60 км восточнее того места, где она сейчас находится, - наш бизнес был бы экспроприирован после Второй мировой войны и компания Faber-Castell прекратила бы своё существование. Множество семейных компаний, оказавшихся в Восточной Германии, потеряли своё бизнес. А нам повезло - мы остались в Западной Германии.  Чистая удача! И она нам помогла.

Сегмент.Ру, Ольга Проскурнина "Ведомости"