Дмитрий Пупин. «Код канцелярщика»
Автор новости / ньюсмейкер редакция «Сегмент.ру» (segment.ru)
Интервью с участниками отрасли
![](/files/global/materials/469677/img/thumb300-preview-46967707-03-2024-09-39-36-706214711.jpg)
Подводка редактора Романа Белопухова
Канцелярская отрасль сравнительно небольшая. Но, как и любая другая, она наполнена своими звёздами и героями, гениями и пионерами, титанами и даже демиургами. А уж сколько их ещё скрывается в тени — не счесть. В материалах интервью под рубрикой «Код канцелярщика» я попытаюсь выяснить, почему мои герои выбрали именно эту отрасль и верны ей спустя много лет. Я разберу их на молекулы, чтобы отыскать тот самый канцелярский код и постичь его суть, ну или хотя бы попытаться это сделать.
Погнали!
Ну что, пути канцелярские неисповедимы, и как мы оказались здесь — в этой точке времени и пространства в таком состоянии — тайна. А вот выяснить, с чего всё началось, откуда пошло, нам вполне по силам.
Сегодня у меня в гостях Дмитрий Юльянович Пупин, предприниматель из Владимира, руководитель компании «ПСВ-Холдинг». В отрасли его хорошо знают, да и мы уже не один совместный материал сделали, ссылки на них прикреплю в конце интервью. Но это не отменяет интереса к нему в качестве гостя моей новой рубрики, посвящённой тайным глубинам канцелярщиков.
— Давайте от общего к частному. Итак, Дмитрий, скажите, что для вас канцелярка — просто товар, продукция или нечто большее, как для меня, например, воплощение человеческого гения или полёт мысли?
— Канцелярка для меня — это работа, а работа — это жизнь. Когда я работаю, я живу.
— А теперь предлагаю окунуться в прошлое и вспомнить, есть ли канцтовар, навсегда отложившийся в памяти и дорогой вашему сердцу, без привязки к периоду жизни, о котором с теплотой вспоминаете сквозь годы? А может, он и сейчас с вами? Быть может, он и был отправной точкой, с которой всё началось?
— Скучаю по скрепкам и кнопкам, которые когда-то, почти 30 лет назад, производил. Сделал их миллионы коробочек, а себе ни одной не оставил. Иногда ищу их на «Авито», но так ни разу и не нашёл. Потом уже как-то ничего так не вставляло. Вообще, я очень мало пользуюсь канцтоварами дома, и на работе у меня их практически нет. Ручка да кубарик для записей — вот и всё, что мне нужно на рабочем столе. Рисовать не обучен, чертежей не черчу, картины маслом не рисую.
— А есть любимый канцтовар или группа товаров? Причём я спрашиваю и о том, чем любите пользоваться в повседневной жизни, и о том, что больше всего нравится продавать.
— В магазине мне нравится продавать ранцы. Особенно если покупательница симпатичная — молодая мамашка, с пышной грудью, блондинка и с голубыми глазами. Сразу вспоминаю молодость, а это бесценно. Нет у меня никаких особенно любимых канцтоваров, мало я ими пользуюсь, а продавать люблю больше всего то, на чём можно заработать побольше денег. Всё-таки я не альтруист.
— Назовите, на ваш взгляд, самый важный канцтовар в истории человечества и объясните, почему это так.
— Бумага. Не только канцтовар, конечно, но на ней же ведь деньги печатают, без неё человечеству теперь никак. И ещё для гигиены она бывает потребна. На втором месте, видимо, пишущие принадлежности: люди без конца что-то пишут, даже сейчас.
— Как считаете, канцелярка ещё долго будет в ходу и не покинет столов и сумок пользователей?
— Это не самая очевидная и базовая потребность человека. Я думаю, столы и сумки будут упрощаться, минимализироваться. Но по мере развития искусственного интеллекта и приближения переезда разумной жизни на Земле из кожаных мешков с дерьмом в виртуальное пространство люди будут всё больше обрастать всяким барахлом для «творчества», чем-то, с чем можно работать руками.
— А теперь давайте поговорим о деле. Дмитрий, расскажите, пожалуйста, как вы пришли к тому, что решили заниматься канцелярским бизнесом? Когда это было, где и что послужило толчком?
— Я был юным программистом и параллельно изучал программы для вёрстки. Ещё школьником, году примерно в 1989-м. Это были очень примитивные программы для советских ПК с чёрно-белыми экранами, совсем не такие, как современные, и работать с ними в нашем городе почти никто не умел. Постепенно эти знания стали мне приносить какие-то копеечки, потом находились всё более интересные сферы приложения таких знаний, и я всё больше и больше погружался в тему. Стал покупать бумагу, размещать заказы в типографиях, потом сделал свою типографию в маленьком гараже, где сам печатал, и резал, и мотал бумагу по вечерам.
Потом до меня дошло, что канцтовары хороши тем, что если не заплатил один клиент, их можно продать другому. Это было, пожалуй, главным аргументом, и с этикеток я переключился на какие-то папки, потом коробки для скрепок и сами скрепки, потом кнопки… Так шаг за шагом и увяз по самые гланды. Деньги надо было зарабатывать сначала на свои хотелки, потом на семью. Надеялся, что это временно — так 30 лет жизни и прошли. Ремесло, оно меня кормит. Тяну лямку.
— А почему выбрали канцелярскую отрасль, именно канцтовары? Почему из всех групп товаров народного потребления выбор пал на них? Ведь есть множество соседствующей продукции: бытовая химия, хозтовары, расходка для оргтехники, одежда, игрушки, сувенирка… А, ну да. И тем не менее: почему?
— Это не я канцтовары, это они выбрали меня, Машаллах. Иногда шайтан шепчет на ухо предложения попробовать что-то ещё, но как-то удаётся не сбиться с однажды выбранного пути. Работаю, приношу пользу людям.
— Как появились ваши названия «ПСВ-Холдинг», «РАША», «БУМБЕЛ». Кто и как их придумал?
— Не знаю, как-то сами пришли на ум. Это было в 90-е — когда все ещё душой продолжали жить в СССР, а страна вокруг уже стремилась куда-то туда, на Запад, где тепло и мухи не кусают.
Я назвал фирму «РАША» задолго до сериала «Наша Раша». Примерно в 1992 или 1993 году появилось хорошее слово «Бумбел», но его стали забывать. Когда мне понадобился очередной ребрендинг, решил так фирму назвать, коллегам напомнить.
«ПСВ» — это Пупина Светлана Валерьевн, жена моя. Захотелось в честь неё фирму назвать, всё-таки она моя верная соратница уже много лет. У меня были ещё какие-то названия, не менее нелепые и оригинальные.
— Было ли некое судьбоносное событие, которое определило и закрепило дальнейшее движение по канцелярской эволюционной цепочке, после которого вы чётко поняли: «здесь моё место»?
— Нет, какого-то конкретного события не было. Просто с годами постепенно пришло понимание, что дёргаться уже поздно и нет смысла рефлексировать по поводу того, что занимаюсь я чем-то не тем — денег хватает, жизнью доволен, продолжаю тянуть лямку, покуда сил хватит. Тем более что пенсионный возраст постоянно повышают, а значит, до пенсии я не доживу. Жена мне во всём помогает — от неё я ни разу не слышал жалоб или упрёков в том, что мы занимаемся чем-то не тем, и никогда мы не рассуждали на тему «а вот если бы...».
— Как сейчас дела?
— Да никак особо события не развивались, сплошная ежедневная рутина. Придумываю какие-то новые товары, закупаю что-то новое для магазинов, а что-то старое отмирает. Крутится колесо Сансары. Творю, выдумываю, пробую практически круглосуточно и без выходных. Желание поработать может и среди ночи появиться, благо сейчас это не проблема — ноутбук, интернет.
— Теперь, спустя годы, не жалеете о сделанном выборе?
— Конечно, жалею. Надо было и жениться лет на 30 попозже, и родиться в семье аристократов в другой стране и в другое время, но судьба распорядилась иначе. Так что мне через год 50 лет, и я занимаюсь в России канцелярскими товарами.
— А сейчас, на этом временном отрезке, задумывались ли о том, чтобы соскочить, покинуть корабль и уйти из отрасли?
— Нет, бесполезно переживать о том, что ты не в силах изменить. Можно только менять своё отношение к происходящему. Мы все живём на жёлтой подводной лодке, с которой невозможно уйти. Вернее, уйти-то, конечно, можно, но только ногами вперёд, через торпедный аппарат.
— Скажите, канцтовары — ваша единственная любовь, или вы перестраховались, диверсифицировали бизнес и занимаетесь чем-то ещё помимо них?
— Я бы не употреблял слово «любовь» — это просто то, чем я занимаюсь, живу. Хотя, конечно, не могу сказать, что канцтовары оставляют меня равнодушным. Чем-то ещё я занимаюсь, но основной заработок мне приносят канцтовары, и этим заработком я доволен, мне более чем хватает. Ничего не получается у меня так же хорошо, как канцелярский бизнес. Просто мне комфортно среди коллег и клиентов, меня всё устраивает.
— Пусть история и не любит сослагательного наклонения, но всё же вопрос «Что, если…». Вот если бы не канцтовары, чем бы другим занимались, без привязки к финансовой стороне вопроса, чисто для души?
— Мне бы хотелось владеть какой-то творческой профессией чтобы зарабатывать не меньше, чем сейчас; занимаясь делом, которое мне бы было так же приятно, как канцелярский бизнес. Но при этом проживая длительное время в разных частях земного шара, ведь мир такой интересный и такой разный, а за время коротких поездок познаёшь его не слишком глубоко. Пожить бы, к примеру, год-полтора в Колумбии или Венесуэле. Потом укатить, например, в Южную Африку. Но, к сожалению, рисовать или писать музыку я не обучен. Поэтому торгую канцтоварами, а для этого нужно довольно много времени жить дома. Но в этом есть и свои немалые плюсы.
— А теперь вопрос из разряда «канцелярщики тоже люди». У вас есть хобби? И если есть, то какое оно? Чем занимаетесь в свободное от работы время для души?
— Путешествую не каждый месяц, а сплю каждый день. Хобби — сон послеобеденный, когда получается выкроить на это время.
— Мне кажется, со временем любое дело, пусть даже любимое, превращается в рутину. Может, знаете способ, как сохранить к нему заинтересованность, огонёк, влюблённость, или такова жизнь и ничего с этим не поделать?
— Не знаю. Рутина, она и есть рутина. Не унывать, тянуть лямку. Никакой особой патетики я в канцтоварах не вижу, её и быть не может. Кто-то сеет рожь, кто-то снимается в порнофильмах, а кто-то делает цветной картон — такова жизнь, все работы хороши и полезны. Всё-таки спокойнее канцтоварами торговать, чем сидеть с автоматом где-нибудь в болоте в пойме Днепра.
— В начале нашего разговора я задавал похожий вопрос, но сейчас речь о другом. Как считаете, почему люди переходят из компании в компанию, меняют должности и функционал, закрывают одну фирму, отрывают другую, но стараются остаться внутри канцелярской отрасли? Это любовь?
— Потому что большинство людей — идиоты, это просто научный факт. Никакого смысла переходить из одной фирмы в другую я не вижу, а тем более закрывать / открывать, да ещё чаще всего кидая кредиторов, как это на нашем рынке обычно бывает. Везде всё примерно одинаково, и чем крутить хвостом и бегать, как проститутка из борделя в бордель, — лучше попытаться включить мозги и сделать что-то полезное там, куда тебя уже занесла судьба. Может, тогда взамен что-то позитивное от Вселенной и получишь.
Смотрю, например, на моих знакомых «комусяр» — работников «Комуса» — вот они не дебилы, проработали десятки лет на одном месте, человечеству пользу принесли и результатами своего труда могут по праву гордиться. В «Рельефе» и «Самсоне» уже тоже начинаю подмечать таких человеков-гвоздей, на которых многое держится. И в некоторых других фирмах.
— Что посоветуете молодым канцелярщикам, решившим встать на канцелярский путь и пополнить наши ряды?
— Вешаться *смеётся. Жизнь будет долгой, но скромной. Возможно, счастливой. Умрём весело.
Комментарии (0)
Правила ›